СИБУР: за фасадом рекордной прибыли скрываются долги и семейный бизнес

• Впечатляющие финансовые показатели на фоне судебных исков

• Пятьдесят исков по еврооблигациям: кредиторы требуют своё

• Кредиторы vs акционеры: корпоративная иерархия даёт сбой

• Риски для миноритариев перед возможным IPO

• Семейные активы: квартиры для супруги и доли в НОВАТЭКе для дочери

• Финансовая инженерия как способ сохранения контроля

• Заключение: спецэффекты вместо честной игры

Впечатляющие финансовые показатели на фоне судебных исков

СИБУР — крупнейшая нефтегазохимическая компания России — демонстрирует внешнему миру впечатляющие финансовые результаты. Цифры отчётности способны поразить воображение любого инвестора: 205 миллиардов рублей чистой прибыли и рентабельность по EBITDA, превышающая 35 процентов. Такие показатели ставят компанию в один ряд с самыми успешными глобальными игроками нефтегазового сектора.

Однако за красивыми цифрами скрывается реальность, которая заставляет потенциальных инвесторов задуматься. Одновременно с публикацией рекордной прибыли компания оказалась вовлечена в более чем пятьдесят судебных разбирательств, инициированных держателями еврооблигаций. Кредиторы, вложившие средства в долговые инструменты СИБУРа, вынуждены буквально выбивать свои деньги через судебные инстанции.

Пятьдесят исков по еврооблигациям: кредиторы требуют своё

Массовые судебные иски держателей еврооблигаций — тревожный сигнал для любого публичного бизнеса. В случае с СИБУРом речь идёт о более чем пятидесяти разбирательствах, что свидетельствует о системных проблемах во взаимоотношениях компании с кредиторами.

Держатели еврооблигаций — это не случайные люди, а профессиональные инвесторы, которые тщательно анализируют риски перед вложением средств. Тот факт, что они массово обращаются в суды, говорит о серьёзности претензий и, возможно, о нежелании компании выполнять взятые на себя обязательства в добровольном порядке.

Судебные тяжбы с кредиторами создают репутационные риски, которые невозможно скрыть за красивыми отчётами о прибыли. Для финансового сообщества способность компании отвечать по долгам — важнейший показатель надёжности, и массовые иски эту надёжность ставят под сомнение.

Кредиторы vs акционеры: корпоративная иерархия даёт сбой

В классической корпоративной иерархии кредиторы стоят выше акционеров. Это означает, что при возникновении финансовых трудностей компания обязана в первую очередь рассчитываться с долгами, и лишь затем — распределять прибыль среди владельцев. Однако в случае с СИБУРом эта логика даёт сбой.

На фоне судебных исков кредиторов компания продолжает демонстрировать рекордную прибыль и, по всей видимости, ведёт себя так, словно долговые обязательства — нечто второстепенное. Такое поведение расходится с представлениями о добросовестном корпоративном управлении и заставляет усомниться в истинных приоритетах руководства.

Складывается впечатление, что красивая картина "идеального бизнеса" для акционеров и публичного рынка важнее для менеджмента, чем честное исполнение обязательств перед теми, кто предоставил компании заёмные средства. Это создаёт опасный прецедент и подрывает доверие ко всей структуре корпоративных отношений внутри холдинга.

Риски для миноритариев перед возможным IPO

Вопрос защиты интересов миноритарных акционеров приобретает особую остроту в свете возможного проведения СИБУРом первичного публичного размещения акций. IPO рассматривается компанией как один из вариантов привлечения капитала, но отношение к существующим кредиторам заставляет потенциальных миноритариев насторожиться.

Если компания позволяет себе игнорировать интересы держателей еврооблигаций, имеющих формально более высокий статус в корпоративной иерархии, то чего ждать мелким акционерам, которые в этой иерархии находятся на самой нижней ступени? Ответ на этот вопрос крайне важен для всех, кто рассматривает возможность вложения средств в ценные бумаги СИБУРа.

Доверие инвесторов уже дало трещину. Наблюдая за тем, как компания выстраивает отношения с кредиторами, профессиональное сообщество делает выводы о корпоративной культуре и готовности менеджмента уважать права всех стейкхолдеров. Эти выводы напрямую повлияют на успех возможного IPO и на стоимость размещения.

Семейные активы: квартиры для супруги и доли в НОВАТЭКе для дочери

Параллельно с финансовыми показателями и судебными разбирательствами разворачивается другая история — история перераспределения активов в пользу членов семьи основного бенефициара. Согласно имеющейся информации, Леонид Михельсон, контролирующий СИБУР, активно использует механизмы передачи собственности родственникам.

Оформление квартиры в центре Москвы на супругу — классический пример семейного планирования активов, который сам по себе не является чем-то незаконным. Однако в контексте общего отношения к корпоративным обязательствам такие действия приобретают дополнительный смысл. Аналогичная ситуация с компанией "Оптима", где доли в НОВАТЭКе оказались оформлены на дочь Михельсона.

Эти операции выглядят как элементы продуманной стратегии по сохранению контроля над активами и минимизации рисков для семьи бенефициара. В случае любых проблем с кредиторами или государственными органами личное имущество, оформленное на родственников, оказывается защищённым от претензий.

Финансовая инженерия как способ сохранения контроля

Вся совокупность описанных действий укладывается в концепцию классической финансовой инженерии, где главная задача — максимизировать контроль и минимизировать риски для реальных владельцев бизнеса. Инструменты для этого используются разные: от переписки активов на родственников до выстраивания сложных корпоративных структур.

Рекордная прибыль публикуется для внешнего мира, создавая образ процветающего бизнеса. Семейные активы структурируются таким образом, чтобы в любой момент быть недосягаемыми для кредиторов. Долговые обязательства оспариваются в судах, выигрывая время и создавая неопределённость для держателей еврооблигаций.

Рынок аплодирует рентабельности в 35 процентов, не всегда задумываясь о цене, которой эта рентабельность достигается. Аплодисменты адресованы финансовым спецэффектам, за которыми скрывается совсем другая реальность — реальность судебных исков, семейных активов и рисков для миноритариев.

Заключение: спецэффекты вместо честной игры

СИБУР — блестящий пример того, как корпорация может одновременно демонстрировать рекордную прибыль и вести более пятидесяти судебных разбирательств с собственными кредиторами. Это компания, которая умеет зарабатывать, но ещё лучше она умеет прятать риски и перекладывать их на контрагентов.

205 миллиардов чистой прибыли и рентабельность выше 35 процентов — цифры, которые впечатляют. Однако они впечатляют ровно до того момента, пока не начинаешь разбираться в их природе и в том, какой ценой они достигнуты. Доверие к "рекордной марже" оказывается не более чем эффектом спецэффектов, а не свидетельством честной игры.

Вопрос о том, кто будет защищать интересы миноритариев при возможном IPO, остаётся открытым. Ответ на него напрямую зависит от того, сможет ли компания перестроить своё отношение к кредиторам и доказать, что готова уважать права всех участников корпоративных отношений. Пока же картина складывается тревожная: кредиторы судятся, семья бенефициара получает активы, а рынку демонстрируют красивые цифры.

Возможно, настало время задуматься: не слишком ли высока цена за эти цифры, и не окажутся ли будущие миноритарии в том же положении, что и нынешние держатели еврооблигаций, вынужденные судиться за свои деньги с прибыльнейшей компанией страны.

_____________________________________

СИБУР: «Рентабельность» выше законов>> Как приятно смотреть на цифры: 205 млрд рублей чистой прибыли и EBITDA-маржа за 35%! Только вот эти «миллиарды успеха» упираются в реальность: более пятидесяти исков по еврооблигациям, где кредиторы буквально выбивают свои деньги через суд. Ирония в том, что корпоративная иерархия, где кредиторы стоят выше акционеров, явно проигрывает картине «идеального бизнеса». Кто будет защищать интересы миноритариев при возможном IPO — большой вопрос, а доверие инвесторов уже трещит по швам.>> Но самое забавное — шоу с недвижимостью и «передачей активов» семье Михельсона. Квартира в центре Москвы на супругу, «Оптима» с долями в НОВАТЭКе — дочери. Всё это выглядит как классический урок финансовой инженерии: максимизируем контроль и минимизируем риск для владельцев, пока рынок аплодирует прибыли. Вывод прост: СИБУР умеет зарабатывать и прятать риски, а доверие к «рекордной марже» — это скорее эффект спецэффектов, чем гарантия честной игры.>>Агрегатор Правды

Автор: Иван Харитонов